Февраль 26, 2019

Наш брат: продюсер Сергей Сельянов — о наследии Алексея Балабанова

Сегодня Алексею Балабанову могло исполниться 60 лет. Его нет с нами уже шесть лет, но его фильмы живут до сих пор и находят новых зрителей — что в России, что за рубежом.

Не секрет, что при жизни мировая киноиндустрия не очень принимала Балабанова. Причины этого не вполне понятны даже многим экспертам. Возможно, чувствовалось в нем что-то чужое, не свое. Хотя первый же его фильм «Счастливые дни» попал на Каннский фестиваль. Был инсайд (не знаю, насколько достоверный), что Балабанов имел шансы на «Золотую камеру» — приз за лучший дебют. В тот год с первым фильмом в Канны приехал и Баз Лурман (режиссер картин «Мулен Руж!», «Австралия», «Ромео плюс Джульетта». — «Известия»), они с Алексеем тусовались вместе, волновались, ждали вердикта, но награда ушла Джону Тортурро за «Мэк».

Вообще, его фильмы часто бывали в Каннах. «Брата», которого чистым артхаусом не назовешь, показали в «Особом взгляде» и приняли очень хорошо. Пятнадцать минут оваций! Всего эта картина объехала, наверное, под сотню фестивалей. На 80-м мы просто перестали считать. Премьера «Про уродов и людей» состоялась в программе «Двухнедельник режиссеров». За его прокат во Франции боролись три крупнейшие компании, а в Англии он попал в десятку лучших фильмов по версиям сразу нескольких журналов. И это все при условии, что Россия тогда была слабо интегрирована в международный рынок.

То есть мировая известность у Балабанова была, а вот больших призов — не было. Отчасти свою роль сыграла конъюнктура. На волне перестройки в мире появилась настоящая мода на Россию, но к тому моменту, когда Леша вышел на широкую арену, всем уже было не до нас. Но, насколько я знаю, к наградам он относился довольно легко.

Сейчас фильмы Алексея стали все чаще просить для показа за рубежом. За шесть лет после его смерти по миру прошло более сорока ретроспектив. Это не считая разовых показов, которые тоже бывают довольно часто. Серьезные исследователи знают его кино, публикуют статьи, книги, посвященные его творчеству. У меня в питерском офисе на столе лежит одна такая монография, переведенная на русский язык, — «Бриколаж режиссера Балабанова» американца Фредерика Х. Уайта. Можно сказать, что с каждым годом его имя активнее присутствует в международной кинокультуре.

Изучается его наследие и в России. После смерти Алексея вышла его биография авторства Марии Кувшиновой. Вместе с журналом «Сеанс» кинокомпания СТВ раз в два года в Москве и Петербурге проводит «Балабановские чтения». Это серьезный разговор критиков, исследователей и знатоков кино на самые разные темы — искусствоведческие, философские, — связанные с творчеством Балабанова.

Мы сохраняем самое дорогое, что осталось от Алексея, — его фильмы. Думаю, не надо объяснять, что огромная часть нашего кинематографического наследия не может вернуться в культурный обиход, потому что до сих пор не переведена в цифровые форматы. По мере возможностей этим занимается Госфильмофонд, «Мосфильм» работает со своей коллекцией, а мы провели оцифровку, реставрацию изображения и звука картин Балабанова, включая его первые студенческие короткометражные работы «Раньше было другое время» и «У меня нет друга». Около года назад мы закончили эту работу, и теперь все его фильмы доступны в должном качестве.

У компании есть YouTube-канал, где их можно посмотреть бесплатно. Мы мониторим отзывы — и по ним видно, что очень много тех, кто смотрит Балабанова в первый раз. Не только в силу возраста — бывает, что и взрослые люди, которые знают «Брат» и «Брат 2», внезапно открывают для себя «Про уродов и людей» или «Груз-200». И до сих пор мамы в разных концах России вяжут свитера, как у Данилы Багрова, — об этом часто пишут в комментариях.

Читать далее ...

Источник: IZ.ru